По дороге к высокой башне. Часть третья [СИ] - Олег Юрьевич Будилов

— Здравствуй, Тибон, — совершенно спокойно сказал Гамон, — рад, что из трусливого слабого щенка ты превратился в опасного зверя, но сейчас не время показывать клыки. Возможно, когда-нибудь мы сразимся с тобой в поединке, но только не сейчас. У нас много дел, так что пообещай, что не станешь делать глупости, и тебя отпустят.

Сопротивляться было бесполезно. Я понимал, что любая попытка наброситься на Гамона закончится моей смертью. Слишком много было вокруг охранников. Но может быть рано или поздно их бдительность притупится и у меня появится возможность поквитаться с Гамоном за все зло, что он причинил мне и моим друзьям.

— Хорошо, — надеясь выиграть время, я согласно кивнул.

— Отпустите его, — приказал Гамон.

Осторожно, каждую минуту ожидая подвоха, охранники разжали пальцы и выпустили меня из «железных тисков».

Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился какой-то человек маленького роста, закутанный до самых глаз в черный плащ.

— Какого демона, — пробасил он с порога, — если его ранили, я вас всех поубиваю, дураки неуклюжие.

Незнакомец сдернул с головы капюшон, и я едва не задохнулся от радости. Передо мной стоял Рипон собственной персоной — мой пропавший друг, которого я искал по всем окрестностям и ради которого даже атаковал тюрьму Таруса.

— Здравствуй, Рипон, — недовольным тоном сказал Гамон, — ты успел как раз вовремя. Твой друг меня чуть не убил.

Рипон сразу посерьезнел.

— Прости. Меня задержали неотложные дела.

Гамон кивнул, как бы принимая извинения, и повернулся к дворянам, которые перед моим появлением обсуждали с ним какие-то государственные тайны.

— Говорить больше не о чем, — сказал он, — вы знаете, что делать. Времени у нас очень немного.

Один за другим воины стали прощаться и выходить в коридор. Очень скоро в комнате кроме меня, Гамона, Рипона и трех настороженных охранников никого не осталось. Даже Фурон покинул свое жилище, словно был здесь не постояльцем, а случайным гостем.

— Вы тоже уходите, — проворчал Гамон, окинув презрительным взглядом порядком потрепанных телохранителей.

— Но, Гамон… — начал один из них.

— Ступайте, — твердо добавил вельможа и махнул рукой, — ничего со мной не случится.

Охранники боязливо переглянулись и двинулись к двери.

— И оружие Тибону отдайте, — сказал им вслед Рипон.

— Да, — поддакнул Гамон, — в самом деле. Верните все, что взяли и ступайте.

Телохранители подчинились с видимым неудовольствием, и вышли за дверь. Все-таки отдавать мне оружие лично в руки они побоялись, поэтому уходя, просто сложили его у порога.

Я подобрал оружие и застыл в одном шаге от двери. Пораженный странным поведением Гамона я совершенно не представлял, что делать дальше. Всего пару мгновений назад я был во власти его телохранителей. Вельможе стоило сказать всего одно слово, и меня бы уже не было в живых. Что же его удержало? Зачем Гамон сохранил мне жизнь?

— Не ломай голову, Тибон. Все не так, как ты себе представляешь, — сказал Рипон, словно прочитав мои мысли.

Он подхватил табурет, установил его подальше от стола и призывно хлопнул по сиденью ладонью, — садись. Сейчас ты все поймешь.

Какое-то время я, молча, смотрел на Рипона, потом согласно кивнул, подошел и опустился на табурет.

Оставшись без охраны, Гамон решил не рисковать. Не спуская с меня глаз, он перешел на другую сторону стола и расположился так, чтобы столешница разделяла нас. Рипон скрестил руки на груди и замер в двух шагах от меня готовый в любой момент вмешаться, если что-нибудь пойдет не так.

Я думал, что слово возьмет Гамон, но маленький воин заговорил первым.

— Ты знаешь, что я всегда хорошо к тебе относился, Тибон, — неожиданно сказал он.

Я согласно кивнул.

— Как ты думаешь, желаю ли я тебе зла?

— Нет. Ты всегда был мне другом.

— Доверяешь ли ты мне?

Я посмотрел сначала на Гамона, а потом перевел красноречивый взгляд на маленького воина.

— Раньше доверял, а теперь не знаю.

— Хорошо, — Рипон вздохнул, — попробуй довериться мне еще раз и клянусь, ты не пожалеешь.

Я пожал плечами. Все эти предисловия были ни к чему. Я понимал, что основные слова должен был сказать Гамон. Он здесь главный. Ему и начинать трудный разговор. Рипон хотел еще что-то добавить, но неожиданно вельможа перебил его.

— Хватит, — Гамон недовольно поморщился, — у нас нет времени на все эти любезности. Тибон не девица, чтобы его обхаживали. Предлагаю сразу перейти к делу.

Я заметил, что Рипон остался недоволен тем, что его перебили, но вслух ничего не сказал.

— Итак, — начал Гамон, — я знаю, Тибон, что ты считаешь меня своим врагом. По-твоему, я предал твоих друзей заговорщиков, заманил их в ловушку и убил.

— Да, — с вызовом сказал я, — ты предатель и убийца. Я так считаю.

После моих слов повисла напряженная тишина. Рипон сокрушенно покачал головой, а Гамон стал мрачнее тучи. Наверно никто прежде не позволял себе говорить с ним в таком тоне.

— Я любил Ругона не меньше тебя и никогда не отправил бы его на верную смерть, — сказал вельможа.

— Но он мертв, — возразил я, — а ты живешь и благоденствуешь.

Дворянин нервно дернул щекой, и на мгновение мне показалось, что он сейчас позовет охранников и прикажет прикончить меня, но Гамон сдержался.

— Нашей задачей было убить безумного короля Дидона, — продолжал он, когда справился с гневом, — любой ценой мы должны были избавиться от тирана. Ругон знал, что все вы можете погибнуть при штурме дворца. Он готовился к смерти и принял ее, как настоящий герой.

— Сейчас не о нем речь, — сказал я, — а о тебе.

— Хватит!

Не выдержав моих оскорблений, Гамон со всей силы ударил по столу. Серебряный кубок подпрыгнул от удара и свалился на пол. В то же мгновение дверь распахнулась, и в комнату ворвались охранники с обнаженными клинками.

— Мечи в ножны! — крикнул Рипон.

Увидев, что командиру ничего не угрожает, телохранители замерли, удивленно переводя взгляд с меня на Рипона.

Последние мои слова не на шутку разозлили вельможу. Обычно спокойный Гамон сейчас метал громы и молнии. Похожий на огромную летучую мышь он навис над столом и злобно уставился на своих телохранителей.

— Пошли прочь, — крикнул он.

Перепуганные охранники быстро вышли, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Сорвав злость на собственных гвардейцах, Гамон перевел дух и переключился на меня.

— Не стоит злить меня, Тибон, — заявил он, — в этом нет никакого смысла. Просто дослушай до конца то, что я пытаюсь тебе сказать, и хорошенько обдумай мои слова.

Я ничего не сказал, хотя колкий ответ вертелся у меня на языке.

— Мы с Ругоном вместе придумали план захвата дворца.